Дитя горы покинуло свой дом,
И я соврал бы, поведав, что умом
Оно великим обладало.
В чужом краю воинственный борец,
Любитель станцевать и приласкать овец,
Себя повёл довольно нагло -
Стал приставать к чужим супругам, к дочерям,
Позвал таких как он же горных обезьян
(Прошу прощенья у приматов).
Им может женщин дома не найти
Средь гор, или настоль крепки они -
Любовь с прогиба и захватов?
Меж тем, гор обезьянья стая,
Подобно шакалятам поступая,
Смелы, сильны для показухи.
На одного идут своей толпой,
Или на тех, кто мал собой,
Слабее их жертва борцухи.
Кичатся тем, что горы сила.
Сами бегут в сторону мира,
Спеша от родины, с войны.
Бывают всё же исключенья,
В сторону их мои волненья
Бессмысленны и не правы.
Мне кажется нет хуже гостя, кроме
Кто по-хозяйски барагозит в чужом доме,
Пока владелец это терпит.
Вот только толерантность сходит,
Терпение к концу хозяина подходит.
Сын гор последнюю лезгинку встретит.
2013 г.
